(no subject)

Однажды меня вывел из себя человек, который при двух в/о, пяти языках и все такое, пиша/ пися стенограмму выступления одного чиновника, среди прочего, написал – «зад» «укументовані». Раздельно. Очень раздельно.
Сначала этот человек два часа ебал мне мозг тем, какой чиновник дебил, и какую невнятную ерунду он чешет. Я не выдержала и говорю: хочешь – почитаю, может исправлю чо.
Сама я с грамматикой, орфографикой, фонетикой и прочей лингвистикой на вы, но я не могу даже передать, сколько седых волос у меня прибавилось, и как издергался мой правый глаз.
И вот сижу я, читаю про зад, думаю, охамели совсем, уже на официальных выступлениях про жеппы рассказывают.
Ладно, думаю. Теперь надо разобраться со словом «укументовані». Неужели у меня настолько бедный словарный запас, что я не понимаю такого простого слова, как «укументовані». Может там про Ойкумену имелось в виду? Хотя по контексту, не похоже вроде. Открыла самый прошареный толковый словарь на букву «у», и, как и следовало ожидать, искомого не нашла. Сижу, дергаю глазом, думаю.
И тут, вопреки обыкновению, спустя несколько часов меня осеняет: «зад» и «укументовані» следует перевести «задокументовані». Вот такая лингвистическая эквилибристика.
Слава тебе Госпади, что у меня одно высшее образование (хоть и юридическое), полтора языка и я не золотая молодежь.

(no subject)

У меня железное правило – писать в интернетиках о случаях с работы только по происшествии полугода, когда клиент прочно сидит и ничо предъявить мне не сможет (шутка). Но сейчас я не могу держать это в себе.
Вызвали клиента в Генпрокуратуру, в качестве свидетеля по обстоятельствам таким-то.
Пришли мы, следак сразу же включил доброго полицейского, говорит:
-Дмитрий Петрович, вас использовали, равно как и меня мое руководство пользует каждый день!
-Сочувствую, - говорю.
- Но я советую вам подумать о себе и своей семье, настоятельно советую – переключается следователь.
Начинается собственно допрос, следователь задает вопрос, свидетель отвечает, я контролирую ситуацию.
- Что Вы можете показать о том-то и том-то? – спрашивает следак.
- То-то и то-то. – отвечает свидетель.
Следующую фразу следователя цитирую дословно:
- Это пиздец, блять, не рассказывайте мне сказочку про соломенного бычка.
Я делаю возмущенно-удивленные глаза, бью себя в место, где должна быть грудь и восклицаю:
- Эй, полегче, у нас допрос так-то.
- Извините, Ивановна, не сдержался.
- Ок.
Спустя три вопроса-ответа слышу от следователя опять.
- Охуеть, да что вы мне пиздИте?
- Я уже лет шесть работаю адвокатом, всякое, признаюсь, слышала, но такого – никогда. – я возмущаюсь.
- Простите, - слышу опять, но уже знаю цену его извинениям.
И так раз пятнадцать. Я уже и глаза удивленные делала, и стыдливую дрожь изображала, слезу даже пустила разок, на всякий случай. Но ничо не помогло.
Обсуждаю ситуацию с подругой, говорю, есть у меня четыре варианта, или отвечать той же монетой, или требовать видеозапись, или угрожать, что занесу в протокол, или напишу жалобу его руководству.
Первый отметаю сразу, так как я не совсем еще хабалка гггг
Остальные дико его разозлят, и я хоть клиент мой ни в чем не виновен, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что сможет сделать следователь Генпрокуратуры простому человеку. Тут дело ограничивается только фантазией.
А я, как врач, должна следовать главному принципу адвоката – не навреди.
Сижу вот, думаю.

(no subject)

На днях подруга принесла мне голову тунца. И в один из томных, длинных зимних вечеров я решила её сварить и заточить. Сказано – сделано. И учитывая сколько тонн куриных костей, сколько кедровых орехов и ящиков пива я открыла своими зубами, опасности от масенькой головы тунца не почуяла.
Сначала я обглодала её предварительно, потом – основательно, после чего перешла к заключительному этапу – пожирание рыбьей черепухи. Жую, жую, и тут слышу громкий хруст. Может все обойдется? - подумала, но нет, я сломала зуб. И такая досада меня обуяла, такая боль, на ровном месте. Поплакала уголочке. Не помогло. Пошла, разбудила соседку.
- Зуб сломала, - реву.
- Успокойся, я тоже на днях сломала, - отвечает мне Юля. – сначала было дискомфортно, но счас привыкла уже.
- Это ж каким дебилом надо быть, чтобы сломать зуб. - говорю я, мы поржали и я ушла к себе.
Наутро пошла к стоматологу, села в кресло.
- Ты пришла ко мне по поводу этой чудной металлической конструкции, доставшейся тебе, видимо, от бабушки? – спрашивает стомик, отсмеявшись. – Я уже лет двадцать не видел людей с таким.
- Нет же, - отвечаю, - с ней все в порядке, служил мне этот мост лет пятнадцать, и еще столько же прослужит, я зуб сломала, приклей мне как-то его.
Парень ржет, спрашивает:
- А чо сама не приклеила?
- Это первое, о чем я подумала, но стреманулась.
- Ха, ты ржешь, но ко мне регулярно приходят люди, которые клеят зубы клеем. – говорит стомик. – вот дедок на днях приходил, «моментом» клеил. Короче, я вижу, что ты не семи пядей во лбу, поэтому, скажу по-простому: зуб заклеить невозможно, надо сначала удалять, а потом уже что-то делать.
А я же знаю что в Киеве тарифы на зубы – космические, поэтому спрашиваю сразу:
- А сколько это будет стоить?
- Зависимо от повреждения и состояния зуба, да ты садись, счас посмотрю и все скажу, а сколько десятков лет назад ты ставила эту конструкцию?
- Всего пятнададцать. – отвечаю, - так сколько мне будет стоить удалить этот кусочек?
Но беседовать о деньгах с друзьями, которыми мы стали за десять минут общения – некошерно, поэтому парень делает мне рентген, анестезию и ржет с клиентов, рассказывает:
- Вот был недавно один клиент, приехал с Фастова на Печерск и спрашивает, типа, а чиво так дорого? Странные люди попадаются.
- Нормальные люди делают наоборот. – соглашаюсь я.
Стомик делает анестезию, мы бесседуем дальше и я говорю, мол чудесные времена, анестезия, а я застала, когда никакой анестезии не было.
- Дык тебе вроде не пятьдесят лет?
Так слово за словом, шутка за шуткой, и парень незаметно выдергивает зуб.
Счас думаю, скажет мне заплатить тыщи две, Печерск же гггг
Проверяю результат работы.
- Я подам на тебя в суд, я сломала манюсенький кусочек, а ты вырвал почти целый зуб, я этого так не оставлю – играю на опережение.
Вот такая душещипательная история.
Кстате, стомик за зуб, анестезию и ренген взял с меня всего сотню, чем безмерно порадовал. Остались еще стоматологи-некровопийцы и на Печерске.

(no subject)

Юмор нас спасет. Но это применимо только к адекватным людям, меня он не раз чуть не свел в могилу. После последней истории я почти отказалась от его примениния.
Есть у меня друг В., хотя, наверное, логичней сказать был.
В большинстве случаев, я западаю людей или сразу, или они мне неинтересны. С В. гармония у нас возникла с первого дня, мы с Западной Украины, юристы, работали вместе. С первой же секунды В. просек мои комплексы и начал называть кабаном, а когда мы подружились еще больше – он пошел мне на встречу и начал называть кабачком. Мы постоянно ржали вместе, и когда ехали в Ивано-Франковск на одной машине никто нас не мог заткнуть, мы прикалывались, я постоянно пищала, противно ржала. Если бы В. не был счастливо женат и все не были бы уверены в его порядочности, все бы считали, что у нас головокружительный роман. Потом я уволилась с этой работы, но мы продолжали дружить.
А потом В. начал искать «мальчика» (руммейта), и так мы стали снимать квартиру напополам. Года четыре снимали, и я начала считать В. ангелом, ибо он не прибил меня за миллионы сгоревших кастрюль, тыщи взорванных яиц и миллиарды других моих бытовых проебов.
Где-то в ноябре вызывает меня как-то раз В. на кухню, говорит – есть разговор. Я думаю, все, Люда, вешайся, час расплаты за яйца настал.
В. говорит – одолжи сто тысяч, у меня тут наклевывается чудесная инвестиция в жилье, а кредит я брать не хочу, надо платить проценты. Ты мне одолжи, а через месяца четыре я тебе верну.
И тут я совершаю роковую ошибку, говорю – спасибо, что спросил, и начинаю ржать.
Потом я объяснила по нормальному, что денег у меня нет, что брат купил машину в прошлом месяце, и те триста долларов, которые у меня были, я одолжила ему. Но впечатление было произведено и неприятный осадок остался.
Прошло недели три, и я до меня начинает доходить, что отношение В. ко мне изменилось.
Например, на выходных он уезжал, и я набрала ему привозной воды в бочки, информирую его об этом, а он мне, вместо простого спасибо, – у меня есть вода.
Ну да, если литр минералки считать водой, то есть.
Короче, попросту В. перестал со мной общаться, если не считать каких-то дежурных фраз.
Меня эти дико гнетило, ведь я предпочитаю высказывать все прямо, а не жевать обиды и сопли по углам. Пока я думала, как объясниться, В. сообщил мне, что через месяц съезжает.
- Одной проблемой меньше, - подумала я.
А потом у В. наступили именины, а на Западной Украине этому придают сакральное значение.
Сначала я хотела проигнорировать, но потом сказала себе:
- Люда, не будь хуйлом, - и купила В. сувенирную коробку конфет, с улыбкой и пожеланиями подарила.
Вот я бы как поступила в таком случае? Взяла бы коробку и, например, тайком выбросила. Это вежливый путь. Или, сказала бы отвали и отдала, - это прямолинейный путь.
Но В. выбрал третий путь – изощренный fuck. В. взял у меня коробку и тупо положил на стол в кухне, где она валялась остальные две недели.
Стоит ли рассказывать, как меня трясло, когда я ее видела.
Меня посещало тыщу мыслей, самая безобидная из которой была – воткнуть коробке в бок нож и так оставить. Меня трясло, но я воспитывала в себе выдержку. Не один восточный мудрец позавидовал бы моему самообладанию в эти дни.
Счас я уже забыла и забила, и понимаю, что мне надо было не паясничать, ведь человек попросту до сих пор думает, что у меня были свободные деньги, но я не дала.
Зато теперь я могу блистать в обществе, хвастаясь, что на меня обиделись из-за того, что я не одолжила сто тысяч.

(no subject)

У моей любимой писательницы Лидии Раевской на днях вышел новый пост про сиськи, жопу и встречу одноклассников. Почитала несколько комментов, 70% было от барышень со стенаниями: ох, как же я вся извелась, нося свою грудь восьмого размера; или, о Господи, когда же ты избавишь меня от толп поклонников, подстерегающих меня и мою грудь повсюду, куда мы с ней ходим?; или, у меня такая большая грудь, что фанаты завели ей страничку на одноклассниках, выкусите плоскодонки!
Сначала я читала беспристрасно, радовалась за людей даже, но на сотом комментарии не выдержала и написала что-то типа, уважаемая Анна Петровна ненавязчиво и беспалевно похвасталась своей грудью. На что получила ответ, типа, сдохни же, ничтожная, злопыхающая, завистливая, безгрудая тварь. Я поплакала в уголочке, но не суть.
Начала вспоминать, вроде ж отсутствие оной не сильно мешало жить. А потом я вспомнила маленькую историю, которая чуток омрачила мою тогда еще семейную и безоблачную жизнь.
Я была на той стадии гражданского брака, когда уже без страха запускают себя, перестают обращать внимание на свой внешний вид и палец об палец не ударяют, чтобы произвести впечатление на свою половинку, поэтому подвоха не учуяла.
И тут В. говорит мне
- Люда, ты ахуенная девушка!
- Я не нахожу аргументов, чтобы возразить тебе, - отвечаю я, - но почему ты об этом вдруг заговорил? Если этим ты рассчитываешь развести меня на борщ или, как минимум, яичницу, то забудь.
Но В. не унимается:
- Ты очень умная, у тебя чудесное чувство юмора, и внешне ты очень красивая, очень!
- Максимум на что я могу пойти – это чай. – я хоть и лев, но на лесть никогда не была падка, поэтому не сдаюсь.
- Все в тебе гармонично, все, вот ничего не прибавить, не отнять. Единственное, что бы я в тебе немнооожечко изменил – это грудь. Счас у нас напряжно с деньгами, но авось времена изменятся, подкопим чуток, и давай сделаем тебе грудь. Не скоро, не в этом году даже, так, на перспективу.
В. потом в ответ слушал мои советы увеличить себе член, я выявила готовность даже взять под это кредит и мы ржали с этого неделями. Спустя какое-то время подзабыли. Но время от времени тема груди, однако, всплывала.
А как-то раз я подумала, что все-таки, в какой-то мере этот мир – гармоничен. Ведь если к моим толстенным ляжкам и тяжелым бедрам еще прибавить грудь, то это и вправду будет грустно.
Вот такая душещипательная история.

(no subject)

Порой мне хочется стать деловой леди, чтоб очечки, портфель и брюки со стрелками. Я бы руководила небольшой компанией, к неописуемой гордости моей мамы. Я бы не нуждалась в деньгах, бросила б рок-концерты, и ходила бы в филармонию по воскресеньям. Слушала бы Мирей Матье, Кэйко Мацуи и других приличных женщин. Жила в чудесной студии на моей любимой Красноармейской. Наверное, у меня была бы нехватка секса, но что если не это верный признак успешных женщин?!
Но я слишком нецелеустремленная для этого.
Порой мне хочется вести передачу «Вокруг света», «Простак за границей» или «В поисках приключений». Ездила бы в Парагвай, Гватемалу и прочие Индонезии, ткала бы пончо вместе с ткачами в Мексике, охотилась бы с инуитами на морского зверя, рассекала бы с индейцами по всяким прериям. Тусовалась бы с разными людьми независимо от их этнических корней или веры. Короче, ахуенное было бы у меня времяпрепровождение. У меня не было бы семьи, детей и мужа, ясен пень, а моя мама ежедневно пила бы Корвалол, Седасен и прочую хрень.
Но я слишком немедийная личность для этого.
А порой мне хочется стать матерью семейства, чтоб камин, пироги и прочие ништяки настоящих женщин. Устроилась бы на ненапряжную работу для развлеченья, готовила бы мужу протеиновые панкейки, консоме, а в дни чит-мила – паэлью. Ходила бы в гламурном домашнем костюме, а иногда в пеньюаре. Водила бы детей на каратэ, гимнастику, и даже на виолончель, с кожи бы лезла вон, чтоб уберечь их от болезней. Парк посещали бы вместе по воскресеньям. Проверяла бы табель успеваемости каждый семестр, ездили бы в Турцию всякое лето, и плевала бы я на все эти ваши кордебалеты.
Но я слишком неженственная для этого.
А еще порой мне хочется осесть в Мексике, чтоб на берегу океана и множество экзотических растений. Изучала бы всяких майя, нахуа и сапотэков, и ебала бы все эти ваши высокие кабинеты. Разгадывала бы всяческие космогонические загадки (а втайне чувствовала себя аристократкой). Для поддержания тонуса жеппы делала бы по утрам зарядку, повергая в шок все взрослое мужское население Юкатана. Стала бы приверженкой учения дона Хуана, а, значит, познакомилась бы с мескалито и марихуаной. Стала бы адептом магии вуду, и заставляла мертвых исполнять мои указанья, а по средам выпивала б текилы с летающими жрецами. И, конечно, слушала бы Сантану.
Но я слишком ссыкло для этого.
А иногда мне хочется осесть в Тибете, в Гималаях, чтоб избавиться от всех этих ненужных страданий. Медитировать, практиковать йогу, цигун и «Око возрождения» и почитывать разные книжонки Питера Кэлдера. Посещать ведические тусы, расти морально, применять капалабхати и другие виды дыханья. Правда, никак не возьму в толк, почему это нельзя делать в наших Карпатах. Или, к примеру, на Дарнице, либо Отрадном. Короче, занималась бы разными аспектами миросозерцанья.
Но я слишком духовно неразвита для этого.
Еще иногда мне хочется стать настоящим панком, чтоб не ходить на работу к девяти и быть свободной для разных странствий. Купила бы берцы-косуху, забодяжила вторую татуху, выучилась бренчать на гитаре и банджо. Гоняла бы с бойфрендом на байке, и показывала бы fuck каждой домохозяйке. Во мне масса задатков маргинальских, не бывало и дня, чтобы я не чувствовала себя распиздяйкой.
Но я слишком нетворческая для этого.
А пока что из всего этого у меня только любовь к дону Хуану, и, к слову, я в жизни не пробовала марихуану. Не каталась на байке, и побаиваюсь индейцев, посещаю бардовские вечера по воскресеньям. Непростые отношения также с гитарой и Питером Кэлдером. Очки использую только для чтения. Блузки и стрелки на брюках считаю вчерашним днем, а на той недели у меня дотла сгорели все панкейки. Неужели, черт его дери, все так безнадежно?

(no subject)

Я до поросячьего визга люблю т.н. психоделические книги, типа Д.Киза, Бёрджесса, Кизи и т.д.
Но негативным их моментом есть то, что спустя десятую такую книгу перестает вставлять, так, торкнет чуть-чуть раз в полугодие и дело с концом.
Но то ли от того, что в последнее время я практически не читаю худлит, то ли книга реально стоящая, но книга Чарльза Маклина «Страж» - вставила нереально. Абсолютно пиздоватая книга. Правда еще не дочитала, но очень и очень захватывающе. Респектабельный парень с работой-домом-женой-собаками на ровном месте тупо убивает собак, после чего идет к психотерапевту. После этого начинается жыррр: двоякая реальность, прорывы» реальности или ирреальности, переплетения жизней, переселения душ.
Очень захватывающая книга, просмотрела бегло рецензии, одна барышня пишет – фигня какая-то, а не книга, я всю ночь читала, до пяти утра, не понравилось гггг
В последней трети начало вставлять меньше, но страшенно хочется знать – чем же закончится.
Короче, отличная вещица для тех, кто на некоторое время хочет качественно сойти с ума.

(no subject)

В воздухе запахло великим переселением народов. В связи с этим вспомнились мои мытарства, связанные с переездами. Мытарств – масса, хватит не на одну книгу, сегодня я расскажу про то, как однажды за полтора месяца переезжала раз восемь.
Когда я только переехала в Киев, «крупный холдинг» снимал нам квартиры в двух шагах от работы. Всем сотрудникам снимали в этом районе сначала по двенадцать человек на квартиру, потом - по восемь, по шесть, а потом - по три. Я подоспела к тому времени, когда люди уже не спали на резиновых матрасах и на полу по пять в комнате, мне сняли чудесную двухкомнатную студию на троих.
Квартира была чудесной, такие я раньше видела только на картинках богатой жизни. Долгое время я ходила по квартире с опаской, боясь что-то поцарапать или повредить, и все время задрачивала Ирку, которая была там старожилом – можно ли пользоваться тем или иным предметом. Но день за днем, и спустя год я уже могла приближаться к зеркалу.
Как-то раз где-то в первых числах мая директор сказал нам – девочки, чо вы втроем будете ютиться в крошечной двухкомнатной студии, я съезжаю с отдельной трехкомнатной, поселяйтесь туда. Старая квартира от новой находилась метрах в пятьсот дворами, поэтому я решительно отвергла Иркины попытки переезжать на машине. Вещи перенесли минут за пятнадцать, полчаса делили комнаты. И хоть я была самая молодая, и с самым низким статусом, мне почему-то припала самая мажорная комната. Еще час Ира скиталась по квартире с нытьем «почему я всегда оказываюсь в жопе???», мы бахнули чайку и легли спать.
Так день за днем пришла середина мая. На фирме вышло предписание: квартиры сотрудникам больше не снимаем, прибавляем триста долларов к зарплате, дальше уже ваши проблемы.
Прошло еще два дня, в новую квартиру приходит хозяйка, спрашивает:
- А кто вы?
- Сотрудницы компании Виталия Николаича, он нас сюда поселил.
Хозяйка вытаскивает договор, где чорным по белому написано «Виталий Николаич обязуется проживать в такой-то квартире ЛИЧНО», тычет нам в глаза и спрашивает, можем ли мы доказать, что мы Виталий Николаич? А коль не можем, то не позже чем завтра она не желает видеть нас в этой квартире.
Так как старая квартира оставалась проплаченой до конца мая, решаем перекантоваться там. Второй раз вещи носили тоже дворами, но уже в несколько угнетенном состоянии. Подавленность закончилась, когда на одной из квартир мы нашли парочку бутылок вина, после чего мой самодельный импровизированный шкаф мы несли с неописуемым весельем и даже с толикой гордости.
Начали искать новую квартиру. Время поджимало, оставалась всего неделя, а на триста долларов мы не могли найти даже сарай. Мы впали в депрессию и даже перестали пить.
Однажды вечером приходит сияющая Ира, говорит – временно проблему решили, я, говорит, обронила замдиректорше, что мне негде жить, она предложила перекантоваться у неё.
- Поздравляю, - выдавливаю я, а сама думаю, ну что ж за чорт, так хоть вместе на вокзале бы тусили, а так придется мне самой.
- А я ей сказала, я не сама, я с Людой, поэтому замдиректора разрешила мне взять тебя с собой.
Так мы переехали к Анне Николаевне. Она оказалась чудесной женщиной, по вечерам мы пили виски с колой, а утром нас троих на работу возил водитель. Правда, Анна Николаевна опаздывала безбожно, и нам с Ирой каждый раз приходилось изворачиваться, объясняя почему мы приходим к одиннадцати, но с фантазией у меня всегда было ок.
Переезд был феерический. Ира предложила упаковать вещи в коробки, но я говорю ей, Ира, скажи мне, зачем эти понты? давай так, погрузим сначала все в одну машину, перевезем, а потом разгрузим обратно. Поэтому каждую кофточку, сумку, туфлю и носок мы несли в руках. Все наши восемнадцать ходок с машины в квартиру Анна стояла с выпученными глазами и открытым ртом.
В сравнении с её, наша прежняя дизайнерская студия оказалась сараем. Здесь мы боялись не то, что притрагиваться к чему-то, а даже дышать.
- Люда, что-то я никак не могу расслабиться, - шепчет мне однажды ночью Ира.
- Думаешь, я могу?! давай что-то решать, - шепчу я ей в ответ.
Я начала мотаться по риэлторам, квартирам, но наш бюджет был несоизмерим с бюджетом риэлторов, и мы ничего не могли найти. Так мы две недели перекантовались у Анны Николаевны.
А потом моя подруга Ленка начала искать компаньоншу и до середины июля я переехала в наркоманскую хату на Святошино. Но это уже совсем другая история

(no subject)

Стою вчера на кассе супермаркета, расплачиваюсь. Традиционно задроченая и жутко выглядящая (выходные поездах, насыщеный день закончившийся в девять, давление…)
Слышу недалеко от себя от симпатичного блондина:
- Добрый вечер.
- Добрый вечер, - отвечаю на всякий случай, но парня не узнаю. Думаю себе – опять где-то, небось, пили вместе в компании, я и забыла
- Привет, - продолжает парень и улыбается.
- Привет, - отвечаю, на моем лице отображаются все муки узнавания.
- Не узнала? – говорит парень.
- Нет, - признаюсь.
- Интерфит. – говорит парень.
Я не сразу одупляюсь, но через секунду до меня доходит, что это мой спортзал.
- Аааа, извини, что не узнала, просто не привыкла видеть тебя в одежде, - говорю я.
- Хорошего вечера - ржет парень.
- Хорошего вечера – я серьезна, как никогда.

(no subject)

Есть у меня подруга, Наташа. Как-то мы ходили с ней на курсы вечерами. Днем звоню ей, спрашиваю - Ну что, пойдешь вечером?
Она отвечает:
- Ни за что не пойду, у меня полиелеонефрит, краснуха, свинка и подвздошная грыжа, я работаю круглосуточно, сплю по два часа, выгляжу ужасно, чувствую себя тоже ужасно.
Я такая:
- Ну смотри сама, увидимся там есличо.
Прихожу, смотрю, сидит не Наташа, а модель из журнала, в которой угадала Наташу только из-за вчерашнего цвета ногтей. Выглядит как Бог, сияет вся, как бутто секунду назад вернулась с полугодичного отдыха.
Подхожу, говорю:
- Зачем обманывала меня нащот болезни и недосыпа, ленишься ходить на курсы, так сразу и скажи? Никто ж не заставляет тебя, тем более я, но смысл обманывать?!
На что Наташа отвечает.
- Как была ты, Люда, дурой, так и осталась. Я НАКРАСИЛАСЬ.
Наташа красит как Бог, что себя, что других девочек.
На раз-два может закрасить свинку, пупочную грыжу, демодекоз, зудящий дерматоз....
Если вам повезло больше, чем мне, и у вас нет проблем с лицом, она сделает такой макияж, что все журналы передерутся в борьбе за эксклюзивную фотосессию с вами.
Она прошла 150 видов повышения квалификации, а за свою роботу берет копейки.
Мы решили устроить бьюти-тусу с публичной демонстрацией результата до и после, но это будет чуть позже.
Сейчас я хотела спросить - было бы это кому-нибудь из девочек интересно? Может у кого днюха, или вовсе фанстастическое событие в виде свадьбы, крестин или конфирмации морской свинки Глаши.
Может фотосъемка или утренник.
Короче, хочу спросить было бы это кому-нибудь интересно или реально, или чисто теоретически?